Стыд и взросление
МРИЯ
mria_ts
Мы становимся человеками, когда такая эмоция, как стыд начинает регулировать наше поведение, но мы становимся реально взрослыми и зрелыми, когда стыд перестает его регулировать и регуляция вместо эмоций переходит к ценностям.

Вебинар «Как отказать ребенку без злости. Слезы, как неизбежная плата за адаптацию» #благовебинар
МРИЯ
mria_ts

Достаточно часто в сообществе «Заботливая альфа» (ЗА) возникают посты на тему – «что мне делать, если ребенок не делает так, как надо мне?». И обычно авторы ожидают, что им подскажут волшебную кнопку у ребенка (или покажут нужный взмах волшебной палочки) чтобы разом ситуация изменилась. Причем очень частый посыл: «Скажите, что надо сделать, чтобы ребенок не хотел – смотреть мультики, есть сладкое, рисовать на обоях…, зато хотел бы – мило играть с младшими, есть то, что мама сготовила, вести себя вежливо и т.д., и т.п…». Причем желание заключается именно не в том, чтобы ребенок не сделал то, что не нравится родителю, а сделал иное, что устраивает родителя, а именно захотел… Потому что пока в воспитании стояла задача вписать действия ребенка в определенные рамки – то родители просто делали и вписывали – грубо запрещая одно и поощряя другое. Сейчас же воспитательная концепция изменилась – родителю важно, чтобы изнутри ребенка родилось то, что он мог бы одобрить, а доступные методы добиться своего принципиальных изменений не имеют. И родитель распят между необходимостью быть хорошим (то есть не употреблять кнут и пряник, манипуляцию и насилие) и добиться воспитанных детей. Причем фактически нет еще достаточного слоя выросших детей, которые на своем детском опыте почувствовали бы иные способы взаимоотношений, кроме вышеперечисленных и соответственно как только ситуация накаляется большинство родителей с фатальной неизбежностью скатываются либо в насилие над ребенком, либо в собственное бессилие справится с ним.
Что может предложить в такой ситуации современная психология? Проговаривание и попытку понять ребенка и действовать из этого понимания. Как часто это срабатывает? Судя по постам в ЗА не так часто, как хотелось бы. Почему? Да потому, что проговаривание без понимания внутренней картины практически не работает, а опыта бессловесного понимания у современных родителей не так уж много - они сами выросли в среде, где родительское насилие уже начало табуироваться, а манипуляция предполагает ситуацию, когда Вас хорошо понимают, чтобы найти крючок зацепки, а Вы – не очень. Это как раз при постоянном насилии Вы вынуждены искать способы понять насильника, чтобы как-то предотвратить абьюз, а при манипуляции основная задача старшего – запутать мозг настолько качественно, чтобы подчиненный вечно считал чужие хотелки своими. К тому же действенность проговаривания – часто не моментальна, необходимо терпение и выдержка, чтобы дождаться плодов. А откуда взяться терпению и выдержке, если неопределенность ситуации вызывает бурю тревоги? Хорошо тем родителям, кто однозначно уверен в эффективности дедовых методов – сделал так, получил вот такой результат… Не получил нужный результат – ну значит ребенок бракованный… Встречались с такими рассуждениями? Как оно?
Я не обещаю легких путей и решений, которые стабильно будут приводить к нужному результату, но хочу предложить тропинку, идя по которой можно попытаться нащупать выход из тупика между родительским насилием и бессилием. Приглашаю всех 25 января с 22.00 - 23.30 московского времени на вебинар “Мини-треннинг - как отказать ребенку без злости. Слезы, как неизбежная плата за адаптацию”.
На вебинаре я предложу Вам рассмотреть изнутри несколько стандартных конфликтов в детско-родительских отношениях: выбегание на дорогу, разборки между детьми на тему – своя/чужая игрушка и уход с детской площадки. Предложу разбиться на пары родитель и ребенок и посмотреть с каждой стороны какие чувства рождаются внутри в ответ на то или иное действие каждой из сторон. Имея обратную связь – что происходит внутри каждого мы все вместе попробуем найти в себе тот отклик, который поспособствует не эскалации конфликта в истерику, а поможет адаптироваться и принять необходимость режимных моментов. Если останется время – то можно будет рассмотреть и другие ситуации по Вашему желанию.

О том, что меня пугает
МРИЯ
mria_ts
У меня ощущения, что живу я в ситуации резкой смены парадигмы воспитания и вообще влияния человека на человека. С одной стороны - очень трудно заметить воздух, пока им дышишь - соответственно роль привязанности и иерархии в воспитании заметить стало возможно только тогда, когда капитализм ради своей прибыли начал разрушать мир/общество традиции, а значит подрубать тот сук (привязанность и иерархию) на которой строилось воспитание человека. С другой стороны, несмотря на крепкие кровные узы, традиционное общество очень жестко регламентирует поведение человека и явное воспитание строиться на страхе - на угрозе отвержения. Но благодаря большой деревне привязанностей и каждодневной рутине ребенок мало невротизирован (в отличии от современного общества) и потому необходимость часто и мощно демонстрировать угрозу отвержения зачастую не возникает. (Если же ребенок не справляется с уровнем невротизации - то он просто погибает). Но в результате единственный механизм, который известен большинству воспитателей, и явно озвучен - это давление и активизация страха перед наказанием. Благодаря работам психологов-бихевиористов в современном обществе еще стало заметным явлением в качестве воспитательного воздействия - поощрение/награда.
Собственно что из этого следует: современная школьная система имеет в своем арсенале воздействия на ученика только 2 метода - страх наказания и желания награды. Собственно самих учителей регулируют тоже именно этими двумя методами. Но на фоне снижения поля привязанностей вообще внутри общества, на фоне размытых смыслов и разрушенных ритуалов эти методы работать перестают. В результате вместо постепенного выстраивания внутренней ценностной модели с опорой на внешние реперы, задаваемые общественной моралью (как виноградная лоза обвивает подпорку) мы видим хаос снаружи и внутри. И вместо разумной работы получается сибурде (симуляция бурной деятельности), растет непрофессионализм и отсутствие мотивации для общественно-полезной деятельности. Личности уплощаются, способности падают.
Единственным выходом вижу только выращивание принципиально иной модели воспитания, где идет не попытка подавления неправильных действий и поощрение правильных, а воспитатель стремится понять чувства и мотивы ребенка, научить его разнообразным способам достижения желаемого и распознования оного.

P.S. Нуждаюсь в оппонировании, так как пока ясно сформулировать не могу.

Из диалога
МРИЯ
mria_ts
Мне захотелось выложить в открытый доступ (с согласия оппонента) дисскусию между мной и товарищем dz0rinым, возникшую в его тексте ЗА и продолженную в личку. (Ссылка на начало дискуссии)
mria_ts писала: По мне идеал это передача опыта вместе/рядом со взрослыми и в деятельности. А создание яслей/детсадов/школ это попытка вовлечь женщин в производство за-ради прибыли (изначально женский труд - дешевле).
dz0rin писал: Да, большинство открытий делалось, увы, зачастую из самых меркантильных соображений. Если бы не эксперимент, проведённый в масштабах тоталитарного молодого государства советов под лозунгами Крупской, мечтающей о привлечении женщин к активному участию в общественной жизни и производстве, человечество никогда бы не поняло роль общения матери и ребёнка в психическом развитии, но и не создало бы никогда общественной системы воспитания для детей дошколят, потому что ни для кого не было очевидным, что она для развития ребёнка необходима.
У меня сложилось такое впечатление от прочтения постов в Альфе, да и судя по этому Вашему ответу, что даже саму теорию привязанности своим последователям Г. Ньюфелд даёт только в урезанном и усечённом виде. А именно - до того момента, когда ребёнок осознаёт себя деятелем примерно в 3 года. Недавно одна мама задала вопрос о т.н. "кризисе 3-х лет". Никто толком не смог ответить ей, что в это время происходит с ребёнком и какие условия необходимо задать, чтобы никакого кризиса не было...
Да, до этого момента опыт "передаётся" в ходе совместной с близким взрослым деятельности. Прежде всего - деятельности бытового характера, имеющей процессуальный характер. Здесь и закладывается основа мышления, предметность мышления, мышление становится как функция. И на протяжении всей оставшейся жизни мышление продолжает сохранять все эти свои основные характеристики и развивается в т.ч. и в этом плане. Но вот в ходе совместной с близким взрослым деятельности - уже не развивается ребёнок в этом плане, скорее, наоборот. Поскольку восприятие его уже достаточно развито, а моторная умелость, координация движений тоже достигли определённого операционального уровня, то ребёнок в ходе такого общения стремится подражать тому, кого продолжает воспринимать почти как бога.
Но подольный период в 5 лет уже заканчивается. Всё, дальше для нормально развивающегося ребёнка никакой близкий взрослый удовлетворить его дальнейшие потребности в развитии уже не сможет, если условия воспитания останутся прежними. Об этом косвенно свидетельствуют все, кто обращается за помощью в ЗА, кто озвучивает проблемы, возникающие в результате того что подходы остаются прежними (как в ситуации общения "мама-ребёнок", которую Л.Выготский назвал ситуацией пра-мы), а психологически ребёнок уже вырос, не остался подобен ребёнку 3-х лет.
Ну, а если для нас идеал совместная деятельность со взрослым, тогда - традиционное решение вопроса существует. Это ранняя узкая трудовая специализация. Как только ребёнок овладевает предметным мышлением и ручная умелость у него достаточно развилась, сразу приступаем с ним к ремеслу, которым владеют родители, а чуть позже отдаём в подмастерье к мастеру. Никакого обучения в современном смысле, никакой широкой картины мира, удерживаемой в научном сообществе и т.п. - этого ничего не нужно для этих целей.
mria_ts писала: Я не уверена, что общественная система воспитания для дошколят необходима. Мне кажется, что дети по мере взросления должны просто встраиваться в жизнь без резерваций типа школы или детсада. Понятно, что сложность современного производства не дает им возможности встроиться во все отрасли, но тем не менее существует куча вещей (в частности там, где используется неквалифицированный труд), где детские бригады могли бы иметь успех. Другое дело, что задача взрослых таким образом организовать детский труд, чтобы было место всему - и отдыху и познанию и стремлению узнать больше,научится более квалифицированному труду. По мне нормально, если к моменту взрослости молодой человек имел бы пару-тройку рабочих специальностей, а не только умозрительное знание мира. К тому же современная наука хороша именно тем, что не обязательно иметь хорошую память и знать кучу фактов, достаточно понимать закономерности.
Насчет кризиса трех лет - по мне все кризисы суть противоречие между старыми способами общения с ребенком и его новыми потребностями и умениями. 3 года - возраст, когда животное становится человеком, начало формирования личности. И соответственно любые педагогические приемы, основанные на бихевиоризме, хорошо действующие до этого возраста срабатывать перестают. Необходимо принять, что с тобой могут и не согласится.
Кстати у Ньэфелда есть очень много и для более старшего возраста: в его понимании очень качественный скачет в отношениях характерен для 4-го года - это тогда, когда привязанность на физическом уровне, на уровне похожести и принадлежности начинает не хватать - и требуется развитие до уровня значимости. Того уровня, который в современном мире проблемен для многих взрослых. В традиционных обществах уровень значимости обычно достигается к зрелому состоянию. А кто не достигает - тот либо раб, либо убит.
Я не поняла из чего Вы сделали заключение, что теория привязанности дана в усеченном виде. У Вас есть какой-то другой взгляд на привязанность?
И почему Вы считаете, что 5 лет - это пороговый возраст, после которого необходимо отделять детей от родителей? В чем-то я могу согласится. 5 лет - если достигнута привязанность на уровне любви, это возраст в котором привязанность может быть поддержана уже не на таком как ранее тесном уровне, это возраст, когда ребенок может уже на длительный срок быть без родителей и оставаться с ними в контакте. С другой стороны при хорошей, большой деревне привязанностей я не вижу особой необходимости сепарации между ребенком и родителями именно в данном возрасте. Я скорее не за узкую специализацию, а за широкую. К тому же, если взрослый достаточно богатая личность с хорошим научным кругозором, я плохо понимаю каким образом он может не передать это детям, находясь с ними рядом?
dz0rin писал: Я читаю сейчас книгу Г.Ньюфелда "Не упускайте своих детей". Доказательная база мне в общем известна, ещё из книг и статей Н.Толстых, но и не только. Ничего принципиально нового из этой книжки я для себя покуда не почерпнул. Конечно, мне довольно трудно замотивировать себя читать книгу, если не представлять себе человека, которому было бы интересно то, что я смогу из этого понять. Пока сложилось следующее ощущение.
Ограниченность взгляда клинического психолога в том, что он смотрит вокруг и видит патологию, занят изучением патологии. Она ему интересна, его привлекают все эти случаи, именно патологического характера. Потому он и не выходит за рамки изучения детей в детских домах и домах ребёнка, в разрушающихся семьях, в разрушающихся социумах. Сама жизнь предоставляет ему богатейший эмпирический материал для подтверждения своей веры, системы всех аксиом - символа веры учёного. Ни на что другое смотреть нет ни времени, ни сил. Он не в состоянии видеть не только иные тенденции в развитии общества, но и вполне успешно реализованные педагогические технологии и концепции, полностью противоречащие его собственным выводам, он не в состоянии увидеть никогда, даже если всё это будет реализовано у него прямо под носом - на соседней улице, в одном из детских садиков или в школе в Канаде. В силу того, что у него другая система ценностей работает (отечественный психолог Узнадзе, прекрасно изучил этот феномен психологической установки). И действует она подобно решётке на окне, с толстыми прутьями. Прутья скрывают от сознания всё, что не является для него ценным, что для него не заслуживает внимания. А в неизученных местах в этой картине мира, в зонах незнания, вместо вопросов, поставленных на ближайшее будущее, чтобы изучить их, открыть для себя нечто принципиально новое, нарисованы страшилки и чудища. И такими страшилками книга просто переполнена, просто кишит ими. А лучшего рекламы для сознания просто не существует. Оно прямиком туда и устремляется, и получает по полной программе всё то, чего так опасалось.
Но ограниченность взгляда в сторону клиники - даже не это главное для Ньюфелда ограничение. Главное ограничение, которое не позволяет увидеть ребёнка и его сознание развивающееся - рассматривание общения родителя и дитя с точки зрения исключительно отношенческих аспектов. Никакого общего идеального и делового контекста вообще нет. Иными словами - НЕТ КОНТЕКСТА ОБЩЕНИЯ ВООБЩЕ, ОН ЕГО НЕ РАССМАТРИВАЕТ. Для него контекст - это только отношения. Но без общего интересного для всех участников совместной деятельности её предмета и удерживаемого общего идеального контекста, общение никак не возможно, оно в таких условиях не возникает, хотя кажимость "общения" может иметь место, как для самих его "участников", так и для наблюдателей со стороны. Остаётся только основа для манипуляции сознанием друг друга.
А есть совершенно иные подходы к исследованию той же самой реальности. Те же процессы в развитии современного общества довольно подробно описала примерно в те же годы, что и Боулби, работающий над своей ТП, в своих основных работах, сделанных на серьёзной базе изучения самых различных сообществ, начиная с родо-племенных форм организации их жизни и т.д., американская исследовательница Маргарет Мид. Но она не была клиническим психологом. У неё взгляд не зашоренный, поэтому она увидела и другие тенденции. Совершенно иной подход в изучении детства и развития психики имеется также у А.Маслоу и представителей гуманистической психологии. Я бы не проработал 12 лет с детьми, имеющими особые проблемы, если рассматривал каждого конкретного ребёнка с позиций клинической психологии. К своим 50-и, поверьте, я был бы подобен выжатому лимону. Для меня, как для дефектолога, который кроме подобных вещей интересовался нормальным развитием, для которого возрастная психология, психофизиология... является гораздо более интересным предметом для изучения, нежели клиническая психология со всеми самыми новыми её направлениями, очевидно, что выводы, сделанные Г.Ньюфелдом, основаны на неполном знании, на знании о том, куда ходить не надо, на страхе прийти в никуда (и по этой причине - туда и приводящих), и на этом основании призывающих совершить разворот в прошлое, вернуться к педагогическим практикам, характерным для этого прошлого и являющимися эффективными для своего времени. И только для своего. Но в одну и ту же воду дважды не въедешь. Даже в тот социализм, о котором некоторые грезят сейчас, мы уже никогда не вернёмся (пока искал работу, просмотрел множество фильмов - большинство из них "фантастика" на тему о возвращении в прошлое; думаете, почему люди ностальгируют по прошлому, и уже далеко не только социалистическому - случайность?.:).
mria_ts писала: Кстати по книге судить о полных взглядах ГН не стоит - там взят только очень маленький кусочек - проблема перепривязанности к сверстникам. Если интересен более подробный взгляд - то в издательстве "Ресурс" вышла книга Дагмар "Понимать детей" (это его сотрудница), а так же есть еще брошюра ГН “Ключи к благополучию детей и подростков” О ней. Короткое изложение первого интенсива - это брошюра Ольги.  По поводу основ второго интенсива - это роль тревожности в детских проблемах и роль слабой привязанности в тревожности, а так же смешение чувств - то есть основы совладания.
По поводу совладания у ГН есть еще прекрасная лекция по эмоциям «Детские эмоции: их основополагающая роль в поведении ребёнка и развитии его личности» . Взгляды ГН на обучаемость детей можно понять по Ольгиной презентации "Фактор обучаемости":
Я согласна с тем, что контекст общения ГН не рассматривает, собственно потому, что контекст - может быть любой, он подробно рассматривает как раз механизм общения и взаимовлияния и показывает, что сущность воспитания - не в методике как таковой, а в наличии/отсутствии личности воспитателя, сумевшего или нет достигнуть правильных взаимоотношений.
И в целом у него как раз идея того, что нормальность - она иная, чем привыкли видеть психологи. В частности практически все феномены подросткового возраста, который им определяется в психологии - это суть проблемы в привязанности, и в норме, при хорошей привязанности - таких феноменов нет.
О Маргарет Мид - не надо о грустном, сейчас уже достаточно данных о том, что свою теорию она высосала из пальца. И собственно взгляды ГН как раз абсолютно перпендикулярны взглядам Мид.

Нужен ли ребенку идеальный родитель?
МРИЯ
mria_ts
Родительская вина часто питается фигурой некоего идеального родителя, которым никак не может стать реальный родитель.
Какие характеристики приписываются этой идеальной фигуре?
1. Способность всегда без раздражения и злости выдерживать любое поведение ребенка.
2. Способность все знать и уметь и всегда находить ответы на ребенковые запросы.
3. Способность всегда предсказывать поведение ребенка и стелить соломку в нужных местах.
4. Способность всегда, когда ребенку это надо, быть массовиком-затейником или мамой-феей.
5. Способность безошибочно определять ребенковые запросы и всегда находить достойные ответы на подобные вызовы.
А у меня возник вопрос – если родитель сможет стать таким идеалом – то нужно ли это ребенку?
1. Если родитель никогда не демонстрирует раздражения, злости или гнева - то как ребенок сможет понять что ему делать в те моменты, когда внутри – раздражение, злость, гнев? Как понять ребенку, что данные чувство испытывать нормально, но надо уметь их адекватно разместить в среде, если он не увидит примера родителя? И что делать, если не удалось адекватно выразить свою злость и обиду – что делать тогда? Можно ли исправить ситуацию?
2. Если родитель всегда все знает, то как он может на собственном примере показать ребенку что делать в случае, если ты что-то не знаешь или забыл? Как справится с чувством неловкости и ощущением своей некомпетентности?
3. Если родитель всегда стелет соломку, то как ребенку учится самому заботится о себе? Как понять, что делать в непредсказанной ситуации, когда соломки на нужном месте не оказалось?
4. Если родитель готов всегда занимать ребенка, то как ребенок познает скуку и научится самостоятельно находить из нее выход?
5. Если родитель всегда понимает нужды ребенка, то как научится формулировать эти нужды четко и понятно из тех неясных запросов, которыми они будут изначально?
И в целом – как вырасти ребенку и выйти из родительского гнезда в суровый и не всегда приветливый мир, если родитель – идеален? Да и возникнет ли потребность уходить из семейного рая?
Наверное, потому что наши ошибки, оплошности, наша неидеальность помогают детям расти, была придумана идея про достаточно хорошего родителя (понятие «достаточно хорошей матери» ввел Дональд Вудс Винникотт, американский детский психотерапевт).
Так что давайте не будем тосковать по фигуре идеального родителя, а будем просто достаточно хорошими, чтобы наши дети могли успешно расти и развиваться.

О психологических травмах
МРИЯ
mria_ts
или что стоит знать о травмах в первом приближении
Это небольшое резюме результат моего осмысления. В качестве источников можно указать: Китаев-Смык Л.А. «Психология стресса: психологическая антропология стресса», С. Шефов «Психология горя», «Практическое руководство по психологии посттравматического стресса» под . ред. Тарабрина Н.В., П. А. Левин, Э. Фредерик «Пробуждение тигра - исцеление травмы», Ф. Шапиро «Психотерапия эмоциональных травм с помощью движения глаз», Е.О. Александров «Взорванный мозг», недельный семинар Евгения Олеговича (автора последней книги) о посттравматическом расстройстве, а так же наше с ним общение на протяжении ряда лет, семинар по травме и по переживанию горя в рамках обучение II ступени гештальта в МГИ, семинары Елены Петровой (http://www.gestalt.sp.ru/), обучение в институте Ньюфельда, ну и собственно осмысления своего опыта, как личной терапии, так и терапии клиентов.


Стрессовое воздействие не всегда приводит к травме. В общем случае у нас есть достаточный запас прочности, который позволяет отреагировать на стресс сообразно обстоятельствам:

  • Либо мы можем собрать силы и изменить обстоятельства так, как нам было бы удобнее с помощью как конструктивной, так и возможно неконструктивной агрессии

  • Либо  мы вынуждены смирится с тем, что обстоятельства оказались сильнее нас как правило, это происходит через выплакивание слез тщетности в процессе горевания

Можно сказать, что стрессы формируют личность (так как те решения, которые мы принимает под воздействием стресса опосредуют наши ценности). Только в случае, если мы сталкиваемся с таким стрессом, который оказывается для нас неподъемным - то именно тогда и формируется психологическая травма, деформирующая личность.
В целом заподозрить наличие травмы у человека в анамнезе возможно по совокупности симптомов: это постоянно испытываемая длительное время человеком тревожность (невозможность нормального сна, резкие скачки настроения, чрезмерные вспышки негативных эмоций, затруднение со вниманием), мышечная зажатость (чаще всего втягивание головы в плечи), ощущения беспомощности, стыда, наличие некогруэнтности в поведении человека, позволяющие заподозрить диссоциацию.

Различают два вида травм

  1. Шоковая травма - это как реакция на некое событие (признаки см. ниже). Как правило можно выделить момент до - когда жизнь была относительно нормальной и существование после - когда жизнь перестала быть удовлетворительной.

  2. Кумулятивная травма (в том числе травма развития) - это нахождение в достаточно длительных неблагоприятных условиях без возможности протеста и смирения. Для травмы развития - это проживание детства или части детства в дефицитарных условиях, когда происходит некоторое как бы сказать искажение развития или рост в условиях искажения (типа деревьев бонсай).

По поводу шоковой травмы:
Основное:
Травма - это не событие, травма - это реакция на него.
Чтобы событие могло привести к травме необходимо:

  1. Должна существовать угроза собственной безопасности как физической, так и психологической, неважно реальная или мнимая, главное - чтобы воспринималось именно таковой.

  2. Должно иметь сильный эмоциональный заряд. Это может быть страх, боль, стыд, вина, отвращение и т.п., в том числе не обязательна какая-то одна эмоция, возможен целый коктейль.

  3. После происшедшего события не было возможности обговорить ситуацию в кругу близких принимающих людей, нормализовать эмоции до момента первого сна.

Возник вопрос почему до первого сна - вставляю свой коммент: Последние исследования состояния сна свидетельствуют о том, что во сне происходит перевод информации из кратковременной памяти в долговременную и в этом большое участие принимает "эмоциональный мозг" (я не буду описывать все структуры - но имеются в виду те отделы мозга, которые отвечают за переживания нами эмоций). И вот что именно будет записано в долговременную память (а туда как раз записываются наиболее эмоционально значимые моменты) и будет или нет тяжелый эпизод восприниматься как травматический очень сильно зависит от того дали ли человеку возможность сразу после переработать эмоции. Дело в том, что после того, как с человеком произошел травматический эпизод - обычно у него в лучшем случае море чувств, которые надо выплеснуть, в худшем - он замер и ошарашен произошедшим. В случае, если человек не в состоянии говорить о травме - можно провести сеанс ДПДГ - но с этим я бы порекомендовала обращаться к психологам, знающим данную методику (метод описан в книге Ф. Шапиро). К психологам обязательно бы советовала обращаться и в ситуации, если человек вообще замкнулся и не может идти на контакт.

В любом случае специалистами считается необходимым:

  • Создать у человека ощущение безопасности (отсюда кстати идет накидывание одеяла на голову жертвам катастроф, дать согреться - горячий чай, теплое помещение)

  • Дать возможность выговорится - разобраться что именно произошло, чтобы не возникло стойкого конгломерата чувств, пережить которые человек в данный момент не в состоянии и тогда они застывают как бы единым слитным куском и являются как раз ядром будущей травмы. Специалисты считают желательным провести разбор ситуации как минимум три раза с точки зрения:

    1. фактов - то есть голое описание что именно произошло со мной и окружающими. В этот момент рекомендуется не давать возможности выплескивать эмоции, так как есть риск ретравматизации.

    2. эмоций - что я чувствовал в каждый конкретный момент происходящего, что возможно чувствовали окружающие. Здесь очень хорошо, если записаны все предыдущее объяснения и возможно плавно переключать жертву на следующий эпизод, если он где-то западает.

    3. смыслов - то есть какой именно смысл я вкладываю в происходящее (см. ниже).


  • И вот как раз на уровне смыслов очень важно эмоционально донести до человека - что произошло самое важное - он выжил, второе - это то, что он не виновен в произошедшем (иногда важно проговорить о том, что любой другой вариант его действий мог бы только ухудшить ситуацию или был невозможен в связи с тем, что на тот момент ему была недоступна вся информация или в связи с сильными испытываемыми им чувствами - и что на его месте любой другой скорее всего поступил бы аналогично). В случае, если человек настаивает на своей вине - тогда стоит предложить ему найти варианты как он мог бы поступить иначе в будущем и чем он может скомпенсировать произошедшее - в особо сложных морально-этических ситуациях - можно предложить это как задел на будущее обдумывание.


Желательно, чтобы разбор происшествия происходил с теми людьми, которым доверяет пострадавший, если произошедшее затрагивало несколько человек - то зачастую предлагается групповой разбор (здесь важно, чтобы ведущие создали максимальную атмосферу психологического доверия без возможности отрицательных комментариев в адрес участников). И все это желательно сделать до первого сна - поскольку после разора и выплеска эмоций, а также придания им менее трагичного смысла есть шанс, что травма не образуется.

По поводу травмы развития:
Собственно то, что описывает Ньюфелд - это как раз механизмы происхождения травмы развития и соответственно способы ее преодоления. Рядовая работа по преодолению того, что могло бы стать травмой развития описана в материале "Поддержка встревоженного ребенка"

Кроме того существует подозрение, что для того, чтобы взрослый человек получил шоковую травму и в дальнейшем у него развилось ПТСР (посттравматическое расстройство) он должен иметь травму развития. Но строгих доказательств данного утверждения нет.

Разговор либерала с консерватором
МРИЯ
mria_ts
"Первый" - Я считаю, что предоставление информации в таком виде может быть вредным.
"Второй" - Да, Вы что - Вы явно не в курсе, эта информация жизненно необходима всем и ее обязательно надо всем предоставить.
"Первый" - И все же я не согласен, имею ли я право отказаться получать данную информацию?
"Второй" - Нет, не имеете, потому что это же система, обязаловка.

И вопрос с подвохом - кто в данном диалоге либерал, а кто - консерватор?

О толерантности и зрелости
МРИЯ
mria_ts
В результате прошедших дискуссий у меня сформулировалось мое понимание социальных норм, их влияния на воспитание детей и последствия их внедрения. Захотелось записать - готова к обсуждению.
1. Попытка размыть существующие социальные нормы всегда будет сталкиваться с сопротивлением тех, кто привык думать иначе.
2. Для быстрой качественной смены необходимо заткнуть рот сопротивляющимся. Иначе привычка ориентироваться на большинство не позволит провести замену быстро.
3. При смене очень помогает обратится к эмоциям людей, к их желанию защитить несправедливо обиженных (пресловутая слеза ребенка).
4. При тотальной незрелости общества можно найти несправедливо обиженных любым положением старых нормативов. Поскольку подростковая стратегия бунта против родительской власти (собственно это и есть момент взросления или приобретения зрелости и ответственности) как раз строится на том, что необходимо нарушить правило, получить последствия и таким образом понять за-ради чего правило введено. Соответственно, если общество в своей существенной части дорастает до такого бунта, то отсутствия смирения перед последствиями и детское желание порушить преграду - вот хороший механизм для смены любой социальной нормы.
5. Стоит учитывать также накопленную фрустрацию в условиях урбанизации и разрушения традиций привязанности внутри большой семьи при ее раздроблении на нуклеарные ячейки. Жажда любви вполне хорошее топливо для ненависти к врагам, чьи нормы якобы мешают ощутить себя полноценным человеком без осознания собственной незрелости.
6. При смене социальных норм очень важно опираться на те нормы, которые уже получили легитимность и отталкиваться от них и опираясь на них затыкать рот несогласным.
7. Выстраивая цепочку последовательных изменений можно очень быстро внедрить в общество любые ценности (по вышеописанному сценарию).

Собственно после чего возникает вопрос - как определить долговременный эффект смены социальных норм, так как он всегда происходит под благородными лозунгами защиты "угнетенных" и вроде как считается, что в результате свободы в обществе стало больше - соответственно меньше стало несчастных. При этом как-то в тень уходит понимание того, что:
1. незрелый человек в отсутствии явно выраженных границ чувствует страх неопределенности и соответственно более тревожен.
2. человеческое в человеке развивается в том числе через преодоление ограничений, нахождения возможности достижения результата в ограничивающих пределах.
3. когда незрелые люди теряют жизненные ориентиры, то их очень легко стравить между собой и направить агрессию не на истинные причины их неприятностей, а на тех, кому им подсунет пропаганда.

В результате я приняла для себя такой способ определения происходящих изменений к добру или злу (учитывая, что на данный момент эти понятия тоже весьма размыты):
1. Если нововведение способствует повышению зрелости при воспитании детей - то это добро.
2. Если нововведение способствует понижению зрелости при воспитании детей - то это зло.

Толерантность vs терпимость. Опасность толерантности.
МРИЯ
mria_ts
Терпимость - это способность принять сознательное решение не проявлять физическую агрессию в отношении тех, чей образ мыслей или действий не совпадает с твоим собственным и вызывает неодобрение. Терпимость не требует признания поведения других приемлемым, но основывается на глубоком эмпатическом понимании другого человека. Терпимость характерна для зрелого человека и не возможна без способности к интеграции, умения смешивать свои чувства, осознанности, эмпатии.
Несмотря на то, что словари толкуют толерантность как синоним терпимости, современное прививание людям толерантности показывает, что существуют принципиальные различия в этих понятиях.
В норме у всех нас существует понятие свой/чужой. Своими или нормальным мы считаем все явления, с которыми мы встречались в своей деревне привязанностей или с которыми наша деревня нас познакомила. И пока мы незрелы любые чуждые нам проявления вызывают у нас инстинктивное отторжение вплоть до агрессии. В традиционных обществах особое ритуальное отношению к "гостю" позволяло снять эту агрессию у чуждому, пока старшие (более зрелые) не вырабатывали окончательное решение к нему. В то же время умело направляемая такая агрессия позволяла защищать свой социум от привнесенного и собственно именно через маркер свой/чужой происходит самоопределение любого человека.
Современная культура толерантности - это попытка как раз обмануть данный маркер - ведь если с младенчества приучать ребенка к нормальности того или иного явления - то он усвоит его как свое и соответственно будет защищать его не в силу проявления терпимости зрелого человека к инаковости, а именно в силу незрелой агрессивности к тому, кто нападает на "свое".
Соответственно любая наведенная толерантность (наведенная - это в том смысле, что человеком не прочувствованная) неважно к чему - это сбивание инстинктивных механизмов свой/чужой и, как правило, возможность для толерантности к любым иным явлениям.
Нормально, когда человек в результате роста осознанности, в результате собственной интеграции, способности к смешиванию чувств, в силу эмпатии начинает понимать, что другие взгляды имеют право на существования пока они не приводят к унижению других людей. Совсем другое дело, когда насаждается толерантность к какому-либо конкретному явлению - таким образом не прививается способность быть терпимыми к отличным от твоих взглядов, а просто происходит обман: для человека данное явление становится нормой, как любые другие вещи. Соответственно таким образом можно внедрять толерантность к чему-угодно (зависит лишь от предвзятости педагога).

Христианство и теория развития Ньюфельда, основанная на привязанности. Общее и различия.
МРИЯ
mria_ts
Хотелось бы поговорить о том, что общего есть между вынесенными в заголовок понятиями. И в чем можно найти различия.
Для меня Христианство - это отражение истины о мире и теория Ньюфельда - это отражение истины о мире и потому они не могут не пересекатся, так как может разными словами, но говорят об одном. Если у кого есть еще мнения - приму с удовольствием.

?

Log in